ХАВА АХМАДОВА: «ХОЧУ, ЧТОБЫ ТЕАТР НЁС ЛЮДЯМ СВЕТ, ДОБРО, НАДЕЖДУ»

Это был непростой год, тревожный, заставляющий размышлять о смыслах и целях – больших государственных и малых личных. Год, когда реальность не прикрывалась утешительными словами, а являла себя миру с мучительной откровенностью. Для многих этот год разделил жизнь на «до» и «после». Об итогах года, о потрясениях, успехах и надеждах мы поговорили с народной артисткой Чеченской Республики, заслуженным работником культуры РФ, директором-художественным руководителем Чеченского драматического театра им. Ханпаши Нурадилова, директором  Всероссийского фестиваля национальных театров «Федерация» Хавой Ахмадовой.

2022 год был годом Культурного наследия народов России. Для вас как для творческого человека, как представителя национального искусства, чем был знаменателен прошедший год?

— Несколько важных событий позволяют назвать прошедший год знаменательным и значимым для будущности российского театра.

Традиционно у нас в Грозном проводится Всероссийский фестиваль национальных театров «Федерация». В этом году состоялся четвёртый по счету. Он был намечен на 2023 год, но учитывая, что нынешний год проходил под знаком года Культурного наследия народов России, Министерство культуры Российской Федерации решило провести фестиваль.

Все театры, как всегда, играли спектакли на своих национальных языках. Важно то, что даже постановки на основе классики, европейской драматургии, высвечивают самобытность татарского, или башкирского, или марийского и любого другого народа не только через их родной язык, но и благодаря взгляду через их ментальность и миропонимание. Когда мы смотрим уже знакомые, известные нам пьесы в исполнении национальных театров, это захватывает. В этом году одним из ярких событий  фестивальной программы стал вечер дружбы «Встреча на озере Кезеной-Ам». Здесь коллективы-участники фестиваля  продемонстрировали на совместном концерте своё национальное искусство – песни, танцы, скетчи, отражающие всю глубину и многообразие культур народов России.

Было очень интересно. И мы еще больше сблизились. Произошло своеобразное рукопожатие культур. Эта этническая многогранность еще раз продемонстрировала, насколько мы богатая страна, а разность культур — это дар свыше. Поэтому она так дорога и ценна.

Вы директор фестиваля «Федерация». Как вам кажется, у него есть какая-то тенденция развития, он меняется, происходят в нём какие-то живые процессы становления?

— Конечно! Фестиваль растёт. Уровень фестиваля – это уровень спектаклей, которые включены в программу, это зритель, который приходит на  спектакли, это его реакция, это посещаемость показов. Какие бы мы красивости ни создавали, как бы дорого и богато ни ставили спектакли, если начинка, содержание не соответствует, не дотягивает до высокого художественного уровня, то не будет роста фестиваля, не будет интереса к нему. То, что национальные театры каждый год отправляют в Союз театральных деятелей России заявки, в Экспертный совет — видеоверсии своих спектаклей и  считают за честь приехать на фестиваль, говорит о росте популярности форума. А ведь участие в фестивале – это дело хлопотное, потому что у каждого театра свои планы, постановки, репетиции, показы, а выезд на фестиваль требует дополнительных расходов…

Тем более, что вопрос с финансированием проезда театров на фестиваль и обратно так и не решён?

— Да, и это для некоторых театров неподъёмная проблема. Плюс к этому, это всегда должен быть достойный новый спектакль, лучший, который театр еще не привозил и не показывал на фестивале. А если театр каждый год участвует в фестивале, этот спектакль еще надо поставить, его нужно создать. То есть всё не так просто.

Получается, что фестиваль в какой-то мере способствует развитию творческого процесса в национальных театрах, росту художественного уровня постановок. И хотя фестиваль не является конкурсным, он в полной мере даёт представление зрителям, участникам фестиваля, членам Художественного совета, в который входят известные театральные деятели страны – режиссёры, артисты, критики, педагоги театральных вузов, о художественном потенциале театра?

— Да, абсолютно. И это уже показатель – желание, стремление театров показать себя на фестивальной площадке «Федерации». И еще один важный момент. Члены Экспертного и Художественного советов, которые не первый год участвуют в работе фестиваля, отметили, как вырос уровень зрительского интереса к фестивалю. Публика потянулась на показы, потому что зрителю интересно увидеть других актёров, другую игру, услышать другой язык, его мелодику, особенности его звучания. У местного зрителя, для которого привычен стиль и атмосфера своих домашних республиканских театров, появляется возможность познакомиться с творческим почерком национальных театров со всей России. За восемь дней он может увидеть 13-14 спектаклей на разных языках, из разных регионов. Фестиваль стал ожидаемым событием в республике и за её пределами.

«Федерация» — единственный в России фестиваль национальных театров. А какое место, по вашему мнению, он занимает в театральной фестивальной жизни страны?

— Я бы не хотела от себя лично что-то говорить, но привела бы слова народного артиста Российской Федерации, председателя Союза театральных деятелей России Александра Александровича Калягина, который сказал, что «Федерация» входит в тройку самых значимых, самых крупных фестивалей России наряду с «Золотой маской» и Театральной олимпиадой. «Федерация» — единственный форум национальных театров всероссийского масштаба. Были и есть фестивали зональные, окружные, региональные, такие, как «Навруз», «Южная сцена», «Белая юрта», «Сцена без границ», «Меловой круг» и другие. А «Федерация» объединила все культуры, все этносы независимо от языковой группы, географической привязки, культурных традиций.

Предоставляет ли СТД вам необходимую консультативную, методическую помощь в организации фестиваля?

— Безусловно. Всегда на любые вопросы и проблемы в организации фестиваля работники центрального аппарата СТД отзываются и помогают. Вот и сейчас я собираюсь в Москву на встречу с Александром Александровичем Калягиным, чтобы обговорить важные аспекты предстоящего фестиваля. В 2023 году мы должны были перейти на периодичность фестиваля раз в два года. Но в связи с тем, что наступивший год объявлен в России Годом русского языка, в СТД и у дирекции фестиваля возникла идея провести «Федерацию» и в этом году, и чтобы все национальные театры представили на фестиваль спектакли на русском языке, имеющиеся у них в репертуаре. Это будет дань уважения к русскому языку, на котором мы все говорим, учимся, общаемся, который объединяет все этносы нашей страны, делая их единым народом. Пока эта идея находится на уровне обсуждения. Посмотрим, что у нас получится.

Чем еще запомнился прошедший год?

— Еще одно знаменательное событие года – это создание Ассоциации национальных театров России. 11 января в Петрозаводске, в Республике Карелия, состоялась учредительная конференция. Там же был создан Совет ассоциации, куда вошла и я.

Чья это инициатива?

— Александринского театра и его художественного руководителя, народного артиста России Валерия Владимировича Фокина. Это замечательная идея. Во многом именно благодаря созданию Ассоциации прошедший год получился очень насыщенным. Я думала: «Ну, потихоньку сначала одно сделаем, потом другое». Нет, Ассоциация включает в себя и меры поддержки и продвижения национальных театров страны, и помощь в осуществлении крупных постановочных проектов, например, приглашение режиссёров (в том числе и иностранных). Разумеется, в рамках Ассоциации предусмотрена широкая образовательная программа: с ректором Российского института сценических искусств Натальей Пахомовой уже есть договорённости о сотрудничестве, а некоторые республики уже подготовили кандидатуры для обучения своих специалистов в вузе.

Почему Александринский театр – представитель традиционной русской театральной школы – занялся продвижением и развитием национальных театров России?

—  А потому что именно Александринский театр считается старейшим русским национальным театром. Официальное название Александринки — «Национальный драматический театр России (Александринский)».

Мы привыкли как-то скептически относиться ко всяким организациям, объединениям, ассоциациям, думая, что они носят формальный характер. Вы верите, что Ассоциации национальных театров России повлияет на развитие национального театрального искусства?

— Я не просто верю – я вижу, как работает Ассоциация, я радуюсь, что я член Совета Ассоциации. Уже прошли какие-то спектакли копродукции онлайн. Так, совместный проект трёх театров «Сонеты Шекспира» получил очень много просмотров на ютьюбе. Это очень интересно: они умудрились с трёх площадок при помощи специальных технических возможностей выстроить целое представление.

Кроме этого, специалисты национальных театров уже  направлены на учебу в театральные вузы и на специальные курсы.

Весной у нас была встреча в Совете Федерации РФ, где каждый из нас выступал и говорил, как видит работу Ассоциации, что нужно делать, чтобы национальные театры всё-таки имели возможность проявить себя по всей России, показать, на что они способны. Одним из путей решения этих задач  должна быть единая сценическая площадка в Москве, где мы могли бы демонстрировать свои спектакли, не арендуя помещения для показа за сумасшедшие деньги. Это позволит и московскому зрителю, и гостям столицы познакомиться с культурой башкирского театра, чеченского, ингушского, даргинского и так далее. Это очень важно.

И что на практике? Будет создана такая площадка?

—  Мы очень надеемся, что да. Потому что изначально говорили, что в Коломенском есть такое здание, и его могут передать Ассоциации. Конечно, оно потребует больших финансовых вложений,  потому что здание нуждается в реконструкции и создании материально-технической базы на высоком современном уровне, чтобы мы могли привозить и показывать там свои спектакли. Сейчас в связи с известными событиями дело заморожено, но надеюсь, что это ненадолго. Это здание или другое, но в Москве, я считаю, должно быть такое место. Кстати, об этом я говорила и на встрече с председателем Совета Федерации Валентиной Ивановной Матвиенко, которая состоялась в начале декабря.

Далее у нас была поездка в Якутию, где Ассоциация также провела большую работу. Состоялась режиссёрская биеннале, где молодые режиссёры представляли свои сценографические разработки к спектаклям, в том числе видеопрезентации. И было много заинтересованности руководителей театров в сотрудничестве с этими молодыми режиссёрами. У меня возникла договорённость, что на Александринском фестивале осенью 2023 года помимо спектакля «Отелло», который уже включен в афишу фестиваля, мы покажем второй спектакль в постановке того же режиссёра Романа Мархолиа «Сны Медеи». Это будет копродукция Чеченского, Александринского и Карельского театров.

Два или три национальных театра, имеющих свой этнический характер, неповторимый стиль и почерк, сведённые в одной постановке, не рискуют ли нивелировать свою идентичность, пожертвовать своим уникальным сценическим языком? Какой в этом смысл?

 — Не было еще такого опыта, поэтому я не знаю. Но мы же играем не чеченскую драматургию, и не карельскую, и не русскую. Мы будем играть древнегреческую трагедию.  Я думаю, если режиссёр за это взялся, то он знает, как заставить своеобразие каждого театра работать на его замысел. Интересно, что в итоге получится.

Вопрос к вам как к директору-художественному руководителю национального театра. Скажите, как сложился 2022 год для Чеченского государственного драматического театра имени Ханпаши Нурадилова?

— Один год не бывает похожим на другой. И это хорошо! Потому что новые идеи, новые проекты, интересные постановки двигают театр вперёд и не дают ему впасть в творческую спячку, скатиться к рутине и делают его интересным  зрителю.

В этом году состоялась режиссёрская премьера нашего актёра Али Алиева, выпускника ГИТИСа, ученика народного артиста России, известного российского режиссёра и, кстати, председателя Художественного совета фестиваля «Федерация» Бориса Афанасьевича Морозова. Он поставил спектакль «Кувшин по-итальянски». Это инсценировка рассказа, который он вместе со своим другом, заслуженным артистом Чеченской Республики Рамзаном Умаевым превратили в пьесу, перевели на чеченский язык. И дебют Али в качестве режиссёра оказался очень удачным. Спектакль камерный, но он стал любимым у зрителя, его ждут. Он внёс какую-то краску в наш репертуар. Лёгкая итальянская комедия и актёрам помогла проявить себя, много и смело импровизировать. А мне как художественному руководителю тоже интересно наблюдать за процессом рождения нового спектакля начинающего режиссёра. По большому счету речь идёт о развитии театра. И это не громкие слова, потому что в поисках свежих идей, форм и стиля работы интересно, по-новому раскрываются и молодой режиссёр, и труппа, и постановочная группа.  

Почему вы так смело отдаёте сцену в руки дебютантов?

— Честно говоря, меня не раз упрекали за то, что я иду на такие риски. Мои близкие всегда говорят мне: «Ты сначала бросаешься в реку и только потом начинаешь учиться плавать». Это правда! Но какое-то чутьё, какая-то внутренняя интуиция всегда мне подсказывает, надо нырять в тот или иной творческий замысел или нет. Очень много молодых приходит ко мне с просьбой разрешить им поставить какую-то пьесу. Я не отметаю эти предложения, рассматриваю их и отбираю те, которые кажутся мне интересными. Так и было в случае с Али Алиевым. Мы обсуждали и материал, и задумки режиссёра, и эскизы сценографии и костюмов. И дальше было только одно пожелание: сделай красивый, весёлый, яркий спектакль-комедию, чтобы порадовать зрителей. И это очень своевременная постановка, потому что год был сложным, депрессивным для людей, и поэтому зрителям нужны такие светлые, радостные, чистые, как родник, комедийные постановки, чтобы вытянуть их из мрачного настроения, дать немного радости и света.

Вы не давите авторитетом на начинающих режиссёров?

— В работе с молодыми режиссёрами моя задача — не поучать и наставлять, а создать комфортные условия для работы и благоприятную атмосферу для творчества. Когда приходишь на репетиции и наблюдаешь, как труппа и режиссёр выкладываются, как горят своей работой, что-то придумывают, пробуют, накидывают варианты мизансцен, находят какие-то актёрские фишки – всё это радует.

Да, этот спектакль, может быть, больше похож на дипломную работу студента театрального вуза. Ну и что?! Если мы будем ждать, что где-то нарисуется гений и придёт к нам – не будет такого. Ему надо дать возможность проявить себя, попробовать свои силы, работать, ошибаться, исправляться. Это целый процесс. Вот тогда мы вырастим своих режиссёров. И Али не единственный актёр, который занялся режиссурой. Рамзан Умаев поставил замечательный спектакль по рассказам Чехова «Хамелеон». Другой актёр Апти Султуханов поставил для детей «Карлсон, который живёт на крыше» и сказку «Победа Берса», Зарема Улабаева — «Золушку»… И все эти пьесы идут на чеченском языке.      

Театр справляется со своей ролью охранителя и популяризатора чеченского языка?

— Безусловно. Каждый год ко Дню чеченского языка 25 апреля мы делаем тематическую постановку. Я считаю, что это уникальная возможность воскресить в памяти зрителей имена, образы, произведения выдающихся чеченских писателей. Молодёжь, которая не знает, кто такой Ахмад Сулейманов, Абузар Айдамиров, Магомед Дикаев, вдруг видят на сцене рассказ об их непростых, порой трагических судьбах, о созданных ими ярких героях, о вкладе в национальную культуру. И молодому зрителю это интересно, в них просыпается желание узнать больше, прочесть произведения этих писателей. В этом плане национальный театр делает очень важную работу, сохраняя литературное наследие чеченского народа.

В этом году мы поставили спектакль, посвященный столетию народного поэта, ученого-исследователя, автора пятитомника «Топонимия Чеченской Республики» Ахмада Сулейманова. На итоговом собрании, где мы подводили итоги театрального года, председатель Союза писателей Чеченской Республики Аламахат Ельсаев вручил новые учреждённые медали имени Ахмада Сулейманова актёру Хамзату Кутаеву, сыгравшего роль писателя в нашем спектакле, и мне как режиссёру-постановщику. Это была яркая премьера прошедшего года.

Какими еще спектаклями пополнился репертуар чеченского театра в 2022 году?

— После фестиваля «Федерация», который ярко, красиво прошел в сентябре, у нас состоялись две премьеры.  Спектакль «Пётр Захаров, чеченец из Дада-юрта» — о трагической судьбе чеченского художника, академика Императорской Академии художеств — поставил главный режиссёр театра, народный артист РФ Руслан Хакишев. Он же автор пьесы. Перевод на чеченский язык сделали  заслуженные артисты РФ Амран Джамаев и Бай-Али Вахидов. Это была долгожданная и интересная премьера. 

И под занавес года — 5 декабря — состоялась премьера спектакля «Женитьба Бальзаминова» по бессмертной комедии Александра Николаевича Островского, двухсотлетие которого Россия будет отмечать в 2023 году. Перевод пьесы на чеченский язык сделал народный писатель Чеченской Республики Абу Исмаилов. Этот спектакль поставила я при поддержке Союза театральных деятелей РФ. На реализацию этого  проекта нам был выделен грант. На премьеру приезжала из Москвы театральный критик, театровед, доцент ГИТИСа Екатерина Морозова. Ей постановка понравилась, что было очень важно для творческой группы спектакля, а затем и зритель дал ему высокую оценку.

О федеральных программах в области театрального искусства. Например, «Пушкинская карта». Как шла её реализация в течение года? Стала ли она действенным механизмом поддержки театра?

— Когда «Пушкинская карта» только появилась, я не понимала, как она сможет помочь нам. А сейчас я думаю: «Как же это здорово!». Спасибо её создателям, благодаря инициативе которых появилась такая прекрасная возможность финансировать развитие театра, сделать его доступным для молодого поколения. И потом, как задышали особенно национальные театры, не избалованные  большими деньгами на их содержание! Я общаюсь со своими коллегами из других театров, и все с благодарностью говорят о «Пушкинской карте»: кто-то смог на полученные от программы средства поставить новые спектакли, купить автобус для театра, или обновить оргтехнику, направить сотрудников на учебу, премировать членов коллектива и так далее. Наш театр на доходы от «Пушкинской карты» поставил три спектакля. Мы теперь смелее смотрим в будущее. Единственное, чего мы опасаемся, — как бы не отменили «Пушкинскую карту»!   

Национальный театр невозможен без музыки, и одно время Вы думали о расширении возможностей театра за счёт его музыкальности. Эти планы всё еще актуальны?

— У нас в репертуаре есть спектакли, в которых музыка, вокальные и танцевальные номера являются важным инструментом воплощения художественного замысла постановки. Например, «Аршин мал алан», «Ханума», «Отелло» и другие. Конечно, статус музыкально-драматического театра привлекателен для нас. У нас есть в труппе музыканты и хорошие вокалисты, которые регулярно выступают и в концертных программах.  В перспективе я планирую, если будет такая возможность, включить в штат театра небольшой оркестр, чтобы мы могли ставить полноценные музыкальные спектакли.  Мы уже сейчас регулярно проводим с труппой занятия  по вокалу, которые ведут заслуженный артист Чеченской Республики, певец и музыкант, актёр нашего театра Лёма Сатуев и солистка Государственного симфонического оркестра чеченской филармонии Мария Юрьева. Кстати, меня не отпускает мечта поставить музыкальный спектакль «Ромео и Джульетта» на чеченском языке.  Уже есть и предварительная договоренность с композитором Муратом Кабардоковым. Надеюсь, придёт время и для этой постановки.  

Как бы вы в целом оценили прошедший год?

— Для меня это был сложный год в личном плане (ушла из жизни моя мама), но насыщенным и плодотворным в творческом смысле. И тяготы, и переосмысление, и успехи – всё это называется жизнь. Иначе не бывает.

Когда жизнь заставляет пережить трудности, беды и даже горе, у человека два варианта: или сложить руки, сдаться и плыть по течению, или же не подчиниться обстоятельствам, проявить стойкость… Что надо сказать себе, чтобы выстоять перед лицом испытаний?

— Это, правда, был самый тяжелый год в моей жизни… Я себе сказала: «Ни шагу назад! Только вперёд!». Потому что столько лет отдано театру, столько сделано, и впереди еще так много того, что предстоит осуществить. Нельзя расслабляться, нельзя сдаваться.

Я бы добавила еще, что этот год стал своеобразным фильтром: что-то, что мешало или было чуждым движению вперёд, ушло как сквозь решето, излилось и исчезло, а что-то важное, светлое осталось.

Что касается планов и жизни театра, я хочу, чтобы наш репертуар из года в год пополнялся прекрасными спектаклями и любящими своё дело специалистами, чтобы мы были востребованы, чтобы к нам шел зритель, чтобы мы чаще выезжали с показами в другие города, чтобы поднятое нами на высоту имя чеченского театра звучало еще громче, еще полифоничнее, чтобы наш театр нёс людям свет, добро, чистоту, веру, надежду и стал одним из лучших в России.  Я имею право об этом мечтать.